Веб-процессинг – Технология повышения Духовных Способностей и Самоопределения Человека. Сайт посвященный достижению духовной свободы человека, душевной гармонии и телесного здоровья.

Дианетика КН II/ГЛ II Реактивным ум

Дианетика КН II/ГЛ II Реактивным ум

 Существуют некоторые доказательства в пользу электрической теории нервной системы. Когда человек испытывает боль, нервы находятся под серьезной перегрузкой. Возможно (и некоторые расчеты этого в Дианетике делались), что мозг поглощает чрезмерно сильные импульсы, возникающие при травмах. Эти импульсы генерируются клетками, которые оказались поврежденными. Это теория. В ней нет необходимости, и здесь она использовать только в качестве примера. Сейчас мы имеем дело только с научными фактами.

Глава Вторая

РЕАКТИВНЫЙ УМ

   Внаше время общепринятой является идея, что все формы жизни произошли от вируса и клетки. Единственное, что есть общего у этой идеи с Дианетикой, это то, что она является действующим учением. И от Дианетики мы ничего больше не требуем. Здесь мы не ставим перед собой цель создать объемистый том по биологии или эволюции. Можно было бы кое-что добавить к этой теме, но Чарльз Дарвин с честью выполнил свою задачу, и основные принципы эволюции представлены в его работах и в трудах других ученых.

   Идеей, с которой началась Дианетика, была идея эволюции. Исходным был постулат, что клетки обладают стремлением выжить и что это стремление присуще всему живому. Постулировалось также, что организмы людей построены из клеток и являются, фактически, скоплениями клеточных колоний.

   Как развивались клетки, так развивался и весь организм. При рассмотрении любых процессов, происходящих в нашей реальности, человек может быть представлен как совокупность колоний клеток. Можно предположить, что цель его существования та же, что и у «кирпичиков», из которых он сложен.

   Клетка – это единица жизни, которая стремится выжить и только выжить.

   Человек – это структура из клеток, которая стремится выжить и только выжить, а человеческий разум – это командный пост, созданный для того, чтобы ставить и разрешать проблемы, имеющие отношение к выживанию и только к выживанию.

   Действие ради выживания, если оно оптимально, приводит к выживанию.

   Оптимальная модель поведения для выживания была сформулирована и исследована на предмет исключений, но исключений не оказалось.

   Модель поведения для выживания отнюдь не пуста и не безжизненна, напротив, она насыщена разнообразной и в высшей степени приятной деятельностью.

   Ни один из этих постулатов не опровергает существующие взгляды о человеческой душе, о религиозном и творческом воображении. Мы признаем, что наши исследования касаются лишь конечной вселенной и что какие-то сферы мышления и действия могут находиться вне ее пределов. Но было обнаружено, что эти факторы не являются необходимыми для разрешения проблемы аберрации и нерационального поведения.

   Было обнаружено, что человеческий ум обладает способностями, далеко превосходящими те, какие можно было бы себе представить, не говоря уже об исследованных, а поэтому и вред, который может быть ему причинен, оказывается огромным.

   Насмешки над человеческой натурой, которые часто приходится слышать, порождены тем, что люди не в состоянии отличить нерациональное поведение, вызванное некачественной информацией, от нерационального поведения, имеющего другие, гораздо более серьезные истоки.

   Если дьявол когда-либо существовал, то это он сконструировал реактивный ум.

   Этот функциональный механизм ухитрился так тщательно замаскироваться, что только индуктивная[1] философия сумела его обнаружить, двигаясь от следствия к причине. Детективные поиски этого сверхопасного врага человеческой психики заняли много лет. Теперь его может идентифицировать любой лаборант в больнице. Было исследовано и подвергнуто терапии двести семьдесят три человека, страдавших от разных видов психических заболеваний неорганического происхождения и от множества психосоматических заболеваний.

   В каждом случае обнаружилось действие реактивного ума, и принципы его были неизменны. Ряд этих кейсов достаточно длинен и станет еще длиннее со временем.

   Реактивным умом наделен каждый. Нигде не нашлось ни одного человека, о котором можно было бы сказать, что он лишен реактивного ума или что в его инграммном банке – резервуаре информации, который обслуживает реактивный ум – нет аберрирующего содержания.

   Чем занимается этот ум? Он выключает звуковой рикол. Он устанавливает в уме звуковые контакты. Он делает людей глухими к звуковым тональностям. Он заставляет людей заикаться. Он вызывает то, что можно обнаружить в любом списке психических заболеваний: психозы, неврозы, компульсии, репрессии…

   Что он может делать? Он может наделить человека артритом, бурситом[2], астмой, аллергией, гайморитом, сосудистыми заболеваниями, повышенным давлением и так. далее по списку психосоматических заболеваний с добавлением тех, которые находятся за пределами этого списка, как например, обычная простуда.

   Реактивный ум – единственный источник всего перечисленного. Его действие неизменно вызывает такие эффекты.

   Это та часть сознания, которая внушала Сократу, что у него есть «демон», дающий ему ответы. Та, которая заставила Калигулу назначить своего коня на государственную должность. Это тот самый ум, который заставил Цезаря отрубить правые руки тысячам галлов[3], а Наполеона – на дюйм уменьшить рост французов.

   Это сознание подпитывает военную опасность, толкает к неразумной политике, заставляет генералитет рычать, а маленьких детей плакать от страха в темноте. Это под его воздействием человек хоронит надежды и влачит свои дни в апатии, нерешительный, когда необходимо действовать, и обреченный на смерть, прежде чем он начал жить.

   Если когда-либо существовал дьявол, то он изобрел все это.

   Разрядите содержимое банка этого ума, и исчезает артрит, улучшается зрение, сердечные заболевания ослабевают, отступает астма, желудок начинает функционировать нормально и целый список болезней остается в прошлом.

   Разрядите реактивный инграммный банк, и шизофреник, наконец, видит реальность, больной маникальной депрессией принимается за обычные дела и начинает добиваться успеха, неврастеник перестает цепляться за книги, которые твердят ему, как он нуждается в своих неврозах, и начинает жить, женщина больше не кричит на своих детей, и алкоголик может выпить, когда ему хочется, и остановиться, когда нужно.

   Это научные факты, они неизменно подтверждаются практикой наблюдений.

   Реактивный ум – это единственный источник аберрации. Можно доказать, и было доказано неоднократно, что другого источника не существует. Как только инграммный банк разгружен, все нежелательные симптомы исчезают и человек начинает действовать в оптимальном режиме.

   Если бы кто-то искал в человеческом сознании демонов типа тех, что обнаруживаются у некоторых обитателей сумасшедших домов, он бы их с легкостью нашел. Только это не демоны. Это обходные пути, проложенные из инграммного банка. Какие только молитвы не использовались против этих проводок, какие методы изгнания бесов не употреблялись!

   Если кто-то не верит в демонов, если он предполагает, что человек изначально хорош (в виде постулата, конечно), то как объяснить, что зло все-таки оказывается в нем? Что становится причиной припадков ярости? Чем объясняются случайные обмолвки? Откуда эти необъяснимые страхи?

   Почему человеку не нравится его начальник, хотя тот вполне приятный человек? Как получается, что самоубийства превращают в ничто человеческие тела?.

   Почему человек действует разрушительно, нерационально, ведя войны, убивая, уничтожая целые народы?

   Что является источником всех неврозов, психозов, сумасшествий?

   Давайте еще раз бегло вернемся к рассмотрению аналитического ума. В его банках памяти мы обнаружим все возможные виды ощущений. По крайней мере, так кажется на первый взгляд. Давайте бросим еще один взгляд, но уже на фактор времени. В банках памяти аналитического ума есть и чувство времени. Оно точное, как будто организм имеет отличные часы. Но и странное – с провалами. Кажется, что в отдельные моменты в банки ничего не вкладывалось. Эти провалы образуются в моменты «бессознательности» – того состояния, которое вызывается наркозом, наркотиками, травмами или шоком.

   Это единственная информация, которая отсутствует в стандартном банке. Если вы исследуете под гипнозом память человека об операции, которую он перенес, сведения о ней будут единственными, которых вы не найдете. Их все же можно обнаружить – если вас волнует, где они, и не волнует, что будет после этого с вашим пациентом. Но более подробно об этом позже. Суть в том, что отсутствует нечто такое, что все всегда признавали невозможным записать в сознании.

   Никто никогда не был в состоянии объяснить сумасшествие. Связаны ли эти факты и имеют ли они что-то общее? Определенно, да.

   Существует два вида записей, которые, казалось бы, должны находиться, однако отсутствуют в стандартном банке памяти: болезненные эмоции и физическая боль.

   Как бы вы спроектировали и построили высокоточную машину, от которой зависят жизнь и смерть организма и которая должна быть отдана в руки человека? Пренебрегли бы опасностью перегрузок или встроили бы систему предохранителей? Когда тонкий механизм подключен к сети, он защищен предохранителями на нескольких уровнях. Так устроен каждый компьютер.

   Существуют некоторые доказательства в пользу электрической теории нервной системы. Когда человек испытывает боль, нервы находятся под серьезной перегрузкой. Возможно (и некоторые расчеты этого в Дианетике делались), что мозг поглощает чрезмерно сильные импульсы, возникающие при травмах. Эти импульсы генерируются клетками, которые оказались поврежденными. Это теория. В ней нет необходимости, и здесь она использовать только в качестве примера. Сейчас мы имеем дело только с научными фактами.

   Действия аналитического ума прекращаются в моменты интенсивной боли. Фактически, аналитический ум ведет себя точно так же, как орган, жизнеобеспечение которого прерывается, когда наступает шок.

   Например, человек, сбитый машиной, потерял сознание и, придя в себя, не помнит, что с ним произошло, пока он был без сознания. Это было обстоятельство невозможности выживания. Значит, у любого раненого человека отсутствует воля в тот момент, когда она нужна ему больше всего. Если сознание полностью отключается, как только появляется боль, создаются обстоятельства, делающие выживание невозможным. Могло ли случиться, чтобы организм, проходивший путь биологического развития на протяжении более миллиарда лет, оставил эту проблему неразрешенной?

   Он ее все-таки разрешил. Биологически проблема очень сложна, и решение, возможно, было не лучшим, но оно позволяет получить серьезную поддержку в те моменты, когда организм оказывается в бессознательном состоянии.

   Ответ на вопрос, как заставить организм реагировать в моменты бессознательности или в состоянии, близком к этому, проливает свет и на проблемы сумасшествий, психосоматических заболеваний и всяких странностей, которым подвержены люди и которые послужили причиной возникновения сказки о том, что «человеку свойственно ошибаться».

   Клинические исследования доказывают научность следующих фактов:

   1. На протяжении всей жизни организма ведутся записи на определенном уровне сознания.

   2. Эти записи доступны.

   3. «Бессознательность», во время которой ум никак не реагирует на окружающее, возможна только при смерти, но полного отключения не происходит, пока человек жив.

   4. Все умственные и физические отклонения психического характера проистекают из этих моментов «бессознательности».

   5. Такие моменты можно найти и очистить сознание от зарядов[4], результатом чего будет возвращение сознания к действиям в оптимальном режиме.

   «Бессознательность» – это единственный источник аберрации. Понятие «условный рефлекс» существует только на уровне сознательной тренировки, где он возникает по согласию самого человека.

   Если вы хотите произвести эксперимент, возьмите человека, приведите его в бессознательное состояние, сделайте ему больно и дайте ему информацию. При помощи Дианетической технологии вы сможете получить ее обратно, независимо от того, каково ее содержание. К этому эксперименту не следует относиться небрежно, так как можно свести человека с ума.

   Слабый отголосок этого опыта можно наблюдать в гипнотическом воздействии, осуществляемом по обычной технологии или с помощью наркотиков. Гипнотизер в состоянии внушением сделать так, что человек будет вести себя, как сумасшедший. Этот эксперимент не нов. Было давно известно, что таким образом в человеческой психике могут вызываться компульсии и репрессии. Древние греки хорошо знали об этом и использовали гипноз для создания различных заблуждений.

   Существуют так называемые «постгипнотические внушения», понимание которых помогает постижению основного механизма душевных заболеваний. Способ действия в этом случае не идентичен гипнозу, но в сущности они весьма схожи.

   Человек вводится в гипнотический транс при помощи стандартной технологии или вызывающих гипнотическое состояние наркотиков. Гипнотизер говорит ему: «Когда вы проснетесь, вы должны будете сделать следующее. Как только я дотронусь до своего галстука, вы снимете пиджак. Как только я опущу руку, вы наденете пиджак. Вы не будете помнить того, что я вам только что сказал».

   Потом этого человека будят. Он не осознает того, что находится под воздействием команды. Если ему сказать, что он получил во сне приказание, он станет отрицать это или недоуменно пожимать плечами, но по-прежнему ничего не будет знать об этом. Затем гипнотизер трогает свой галстук. Человек может сделать замечание, что в комнате жарко и снять пиджак. Гипнотизер опускает руку. Человек замечает, что вдруг стало прохладно и надевает пиджак. Гипнотизер опять трогает галстук. Человек может сказать, что этот пиджак был сшит у портного и пуститься в длинные объяснения, зачем он его снимает, к примеру, посмотреть, хорошо ли застрочен шов на спине. Гипнотизер опускает руку, и человек сообщает, что он доволен работой своего портного и надевает пиджак. Гипнотизер может трогать свой галстук снова и снова и каждый раз получать нужное действие от своего «пациента».

   В конце концов человек может понять по лицам собравшихся, что происходит что-то необычное. Он не будет знать, что именно. Он не сможет даже догадаться, что прикосновение к галстуку является сигналом, по которому он снимает пиджак. Он будет чувствовать себя все более и более неловко. Может начать придираться к внешности гипнотизера, критиковать его костюм. Он все еще не знает, что галстук является сигналом, на который он реагирует. Он так и останется в неведении о том, что существует какая-то причина, по которой он должен снять пиджак. Все, что он знает – это то, что ему неудобно в пиджаке, когда гипнотизер дотрагивается до галстука, и неудобно без пиджака, когда тот опускает руку.

   Такие разнообразные действия очень важны для понимания реактивного ума. Гипнотизм является лабораторным инструментом. В Дианетической терапии он совсем не используется, но играет свою роль в исследовании различных областей сознания и в получении от них реакций. Гипнотизм – вещь непостоянная. Загипнотизировать можно лишь некоторых, многие вообще не поддаются такому воздействию. Иногда внушения срабатывают, иногда – нет. Порой они помогают людям, а иногда приводят к болезни: одно и то же внушение по-разному действует на разных людей. Инженер знает, как обращаться с переменными величинами. Существует что-то, что делает их непредсказуемыми. Открытие основной причины, почему гипнотизм является переменной величиной, помогло обнаружить источник помешательств. А понимание механизма постгипнотических внушений может помочь в понимании аберрации.

   Каким бы глупым ни было внушение под гипнозом, человек тем или иным способом выполнит приказание. Ему может быть приказано снять туфли, позвонить кому-то в 10 часов или позавтракать горохом, и он это сделает. Это прямые приказы, и он им повинуется. Ему может быть сказано, что его шляпы ему не идут, и он будет в это верить. Любое внушение будет работать в недрах его ума, не осознаваемое более высокими уровнями сознания.

   Внушения могут быть очень сложными. Содержанием одного из них стало то, что человек был не в состоянии произнести слово «Я». Он вел разговор с удивительной изобретательностью, не сознавая того, что избегает этого слова. Ему могут приказать не смотреть на свои руки – и он не будет. Такие запретительные команды называется «репрессиями». Полученные в гипнотическом трансе или под воздействием лекарств, эти внушения работают, когда человек просыпается, и будут продолжать оказывать влияние до тех пор, пока гипнотизер их не снимет.

   Человеку можно внушить, что ему нужно чихать каждый раз, когда он слышит слово «ковер», и он будет чихать каждый раз, когда произнесут это слово. Ему может бытьприказано подпрыгнуть на два фута (61 см) вверх каждый раз, когда он увидит кошку, и он так и будет делать. Он будет все это делать после того, как проснулся. Это называется «компульсией».

   Ему может быть сказано, что его будут одолевать сексуальные мысли об одной женщине, но когда он начнет об этом думать, у него станет чесаться нос. Ему может быть сказано, что он будет испытывать постоянное желание прилечь и заснуть, но как только он ляжет, он не сможет спать. И он все это испытает. Это «неврозы».

   В дальнейших экспериментах ему могут сказать, пока он в гипнотическом сне, что он президент страны и что секретные агенты пытаются, его убить. Или что он будет отравлен в любом ресторане, где попытается поесть. Это «психозы».

   Ему можно сообщить, что на самом деле он совсем другой человек, что он имеет собственную яхту, а зовут его сэр Реджинальд. Или сказать, что он вор, власти имеют на него досье и полиция его ищет. Это будет соответственно «шизофрения» и «параноидная шизофрения».

   Гипнотизер может сказать человеку, что он – самый замечательный в мире человек и что все вокруг так думают. Или что он является предметом поклонения всех женщин. Этот тип помешательства называется «манией».

   Человека можно убедить, что когда он проснется, то будет чувствовать себя настолько плохо, что смерть покажется желанным выходом из положения. Это будет «депрессивным»типом сумасшествия.

   Ему может быть сказано, что он окажется не в состоянии думать ни о чем, кроме своих болезней, и любое заболевание, о котором он прочтет, он найдет у себя. Такая реакция характерна для мнительного человека.

   Мы могли бы продолжать список душевных заболеваний, придумывая различные внушения, создавать в пробудившемся человеке определенные состояния ума, которые соответствовали бы каждому недугу из этого списка.

   Понятно, что эти состояния не являются сумасшествиями, они только напоминают сумасшествия. Сходство заключается в том, что человек будет действовать как сумасшедший. Он на самом деле не является умалишенным. В тот момент, когда внушение снято (человека информируют о том, что ему было сделано внушение), аберрация теоретически исчезает[5]. Все эти виды сумасшествия собраны под общим названием «аберрация».

   Воспроизведение аберрации любых видов в людях, находящихся под гипнозом или под воздействием наркотиков, свидетельствует, что существует некая часть ума, с которой невозможно установить контактов на уровне сознания, но которая тем не менее содержит информацию.

   Поиски этой части разума привели к решению проблем сумасшествия, психосоматических заболеваний и других аберраций. Помощь гипнотизма не была здесь решающей. Гипнотизм является инструментом, который совершенно не нужен в Дианетике.

   Здесь мы имеем дело с индивидом, который ведет себя как нормальный человек, затем, подвергается гипнотическому внушению и временно действует ненормально. Его нормальность восстанавливается, когда внушение снимается и теряет власть над ним. Но это только подобие настоящего механизма. Подлинное, а не вызванное гипнотизером сумасшествие, не должно всплывать в сознании для того, чтобы быть релиз[6], снятым. Это одно из нескольких различий между гипнотизмом и настоящим источником аберрации, но гипнотизм является демонстрацией некоторых ее составляющих.

   Вернемся к первому примеру внушения. Человек был в беспамятстве или, другими словами, он не обладал полным сознанием и селф-детерминизмом. Ему дали команду что-то сделать, и это что-то было скрыто от его сознания. По сигналу гипнотизера человек выполнил это действие. Он объяснял причины, почему сделал это, но, на самом деле они не соответствовали действительности. Человек придирался к гипнотизеру, к его одежде, но не понял, что галстук являлся сигналом к действию. Внушение было «отпущено», и человек больше не чувствовал непреодолимого желания совершать действие.

   Вот они – составляющее аберрации. Когда мы знаем, какие части и части чего действительно являются аберрацией, проблема становится очень простой. Кажется невероятным на первый взгляд, что источник был так хорошо, скрыт от исследователей на протяжении многих тысячелетий. Но при ближайшем рассмотрении становится удивительным, что этот источник вообще был обнаружен, настолько хитроумно он спрятан.

   «Бессознательность» в негипнотическом варианте несколько грубее. Чтобы получить «беспамятство» в случае, вызывающем помешательство, требуется уже нечто большее, чем несколько пассов руками.

   Шок, полученный при травме, наркоз, использованный при операции, болевые ощущения при несчастных случаях, лихорадка, которая сопровождает болезнь, являются основными источниками того, что мы называем «бессознательностью».

   Механизм нашей модели разума очень прост. Накатывает разрушительная волна физической боли или всепроникающего яда типа эфира и летят некоторые или все предохранители, которыми защищен аналитический ум. Как только он отключается, стандартные банки памяти отключаются тоже.

   Периоды «бессознательности» являются пробелами в стандартных банках памяти. Эти пробелы составляют то, что мы называем в Дианетике банком реактивного ума.

   Время, когда действует аналитический ум, плюс время, когда в действии находится реактивный ум, создают длинную нить последовательной записи всей жизни.

   В те моменты, когда аналитический ум частично или полностью отключается Из цепи, реактивный ум частично или полностью подключается. Другими словами, если аналитический ум наполовину отключен, то реактивный ум наполовину включен. Конечно, это расклад лишь приблизительный, точный вообще вряд ли возможен.

   Когда человек полностью или частично «теряет сознание», реактивный ум частично или полностью подключает свои контакты. Когда человек полностью в сознании, его аналитический ум всецело командует организмом. Когда его сознание ослабевает, реактивный ум в той же степени увеличивает свою силу.

   Моменты «бессознательности» человека в своем большинстве оказываются моментами, направленными против его выживания. Поэтому жизненно важно, чтобы что-то взяло на себя задачу руководства действиями человека в целях спасения всего организма. Боец, который продолжает драться в полубеспамятстве, обгоревший человек, который выползает из огня – это примеры, когда реактивный ум полезен.

   Реактивный ум устроен очень грубо. Он должен быть таким для того, Чтобы противостоять тем волнам боли, которые отключают все остальное сознание в теле. Его не назовешь. утонченным. Но он чрезвычайно точен. Он способен вычислять на очень низком, идиотском уровне. Но иного и нельзя требовать от ума, который работает, когда тело сокрушают или поджаривают.

   Реактивный банк не сохраняет воспоминаний в том виде, как мы их себе представляем. Он записывает инграммы.Это полные, вплоть до мельчайших деталей, записи каждого ощущения, имевшего место в момент полной или частичной «бессознательности». Эти записи так же аккуратны, как и любые другие в организме. Но они обладают своей собственной силой. Они похожи на долгоиграющие пластинки или кинофильм, если бы те содержали– все ощущения света, звука, запаха, вкуса и т. д.

   Есть, однако, совершенно отчетливая разница между инграммой и памятью. Инграмма[7] может быть постоянно подключена в любую цепь организма, ведет себя как особое существо. В лабораторных исследованиях было установлено, что инграммы обладают «неисчерпаемым» источником власти над телом. Независимо от того, сколько раз инграмма проявляется, мощность свою она сохраняет. На самом деле, она становится тем сильнее, чем чаще реактивизируется.

   Единственным:, что оказалось в состоянии преодолеть инграммы, стала технология, разработанная в Дианетической терапии, которая будет изложена в третьей части этого учебника.

   Вот пример инграммы: женщине наносят удар, она падает «без сознания». Ее пинают ногами, говорят, что она притворяется, что она плохая, что у нее вообще семь пятниц на неделе. Кто-то опрокидывает стул в это время. Вода течет из крана на кухне. Под окном проезжает машина.

   Инграмма содержит движущуюся запись всего: света, звука, вкуса, запаха, осязательных, органических, кинетических ощущений, того, что женщине хочется пить и в каком состоянии находятся в данный момент ее суставы. Инграмма будет содержать все сказанное в то время, когда женщина была «без сознания»: тон и эмоциональную окраску, звуки и ощущения, связанные с первым и последующими ударами, ощущение пола, на котором она лежит, звук упавшего стула, боль от ударов, возможно, вкус крови во рту или любой другой вкус, который присутствует, запах человека, который на нее напал, запах в комнате, звук проезжающей мимо машины и т. д.

   Все это можно было бы рассматривать как гипнотическое внушение. Однако здесь есть кое-что новое, то, что не попадает в стандартные банки: боль и болезненные эмоции.

   В этом-то и состоит разница между стандартными банками и реактивными инграммными банками: физическая боль и болезненные эмоции. Присутствие физической боли и болезненных эмоций отличает инграммы, которые являются причиной всех аберраций, от памяти[8].

   Нам всем приходилось слышать, что отрицательный опыт полезен и, не будь его, человек никогда ничему не научился бы. Может быть, это и так, но к инграммам это никак не относится, ибо это не опыт, это навязанное действие.

   Может быть, до того, как человек приобрел обширный словарный запас, инграммы были в какой-то степени полезны ему. Они помогали выживанию способами, которые будут описаны ниже. Но когда человек выработал язык, который включает в себя слова, звучащие одинаково, но имеющие совершенно разные значения, и вообще когда начали появляться языки, инграммы стали гораздо более опасными и перестал: и быть полезными. А теперь, на нынешнем высоком этапе эволюции, инграммы совсем не защищают человека, а, наоборот, сводят его с ума, притупляют все его способности и делают его больным.

   Доказательство любого утверждения заключается в том, насколько оно применимо на практике. Когда инграммы вычеркнуты из банка реактивного ума, рациональность и эффективность значительно повышаются, здоровье сильно улучшается, человек делает расчеты рационально, основываясь на модели поведения выживания, то есть он наслаждается жизнью и обществом людей. Он конструктивен и способен на творчество. Он разрушает только тогда, когда что-то действительно угрожает сфере его динамик.

   Таким образом, инграмма является отрицательной величиной на данном этапе развития человека. Когда человек был ближе к своим братьям-животным, которые все без исключения обладают реактивным умом точно такого же типа, он, видимо, мог успешно использовать инграммную информацию. Однако язык и изменившиеся условия существования человека превратили инграмму в явную опасность. Не существует инграммы, которая при-. носила бы хотя малейшую пользу.

   Реактивный ум дан нам для того, чтобы обеспечить выживание. Он до сих пор делает вид, что действует в этих рамках. Однако его дикие ошибки ведут в противоположфную сторону.

   Существуют три вида инграмм, и все они ведут к аберрации; первый – это инграммы контрвыживания. Они содержат физическую боль, болезненные эмоции, все остальные ощущения и опасность для организма. Инграмму такого рода получает избитый и изнасилованный ребенок. Инграмма контрвыживания содержит кажущееся или действительное враждебное отношение к организму.

   Второй тип инграмм – это инграммы, способствующие выживанию. Ребенок, с которым плохо обращались, заболел. В момент, когда он оказывается полностью или частично без сознания, ему говорят, что о нем позаботятся, что его очень любят и так далее. Эта инграмма не рассматривается как контрвыживательная. Она действует в интересах выживания. Из двух рассмотренных она является более аберрирующей, поскольку подпитывается «законом аффинити»[9], который всегда более силен, чем страх. Гипнотизм взращен на этом свойстве реактивного ума, потому что сочувствует искусственно приведенному в бессознательность человеку. Ограниченность гипнотизма проистекает из того, что он не содержит физической боли или болезненных эмоций – тех факторов, которые «прячут» инграмму, «замуровывают» ее ниже уровня сознания.

   Третий вид – это инграмма болезненных эмоций, которая похожа на остальные виды инграмм. Она вызывается шоком внезапной потери, как например, смерть любимого человека.

   Банк реактивного ума состоит исключительно из этих трех видов инграмм. Реактивный ум «думает» только ими. И «думает» он с их помощью так, что заставил бы Коржибского[10] выругаться, так как «думает» он на языке полного отождествления. Другими словами – тождествами, когда одна вещь представляется полностью тождественной другой.

   Если бы аналитический ум раздумывал о яблоках и червях, это наверное выглядело бы таким образом: одни яблоки червивы, другие нет; откусив яблоко, можешь обнаружить в нем червя, если яблоко не было опрыскано; черви оставляют в яблоках дырки.

   Реактивный ум, раздумывая о яблоках и червях, сведения о которых; содержатся в его инграммных банках, рассуждал бы так: яблоки являются червями, и откусыванием, и дырками в яблоках, и дырами в чем угодно, а все черви – это яблоки, и они надкусаны и так далее.

   Размышления аналитического ума могут включать в себя невероятные математические операции, замысловатые повороты символической логики, формулы, необходимые при строительстве мостов или построении выкройки.

   Любое когда-либо существовавшее математическое уравнение выведено аналитическим умом и может быть использовано в разрешении повседневных проблем.

   Но только не умом реактивным! Он так восхитительно прост, что оперирует только одним уравнением:

А=А=А=А=А

   Начните с ним любое рассуждение. Конечно, с теми данными, которые он содержит. Любое данное при этом окажется точно равным любому другому данному в тех же обстоятельствах.

   Аналитические размышления о женщине, которую в приведенном выше примере пинали ногами, были бы такими; некоторые женщины иногда попадают в такие ситуации, когда их бьют и пинают, известны примеры существования мужчин, которые бьют женщин.

   Расчеты реактивного ума по поводу этой инграммы были бы такими; боль пинка равняется боли от удара, равняется перевернутому стулу, равняется проезжающей мимо машине, равняется крану на кухне, равняется тому факту, что она притворяется, равняется тому факту, что она нехорошая, равняется тому факту, что она меняет свою точку зрения, равняется тону голоса мужчины, равняется эмоции, равняется притворству, равняется воде из крана, равняется боли от пинка, равняется органическим ощущениям в местах ударов, равняется опрокидыванию стула, равняется изменению ее мнения, равняется… Зачем продолжать? Каждое отдельное ощущение в этой инграмме равняется каждому другому ощущению. Что? Это сумасшествие? Совершенно верно!

   Давайте еще раз обратим внимание на гипнотическое внушение с притрагиванием к галстуку и сниманием пиджака. Здесь есть видимые признаки работы реактивного ума.

   Этому постгипнотическому внушению не хватает только эмоционального заряда и физической боли, чтобы превратиться в опасную инграмму. На самом деле это и есть в некотором роде инграмма. Она основана на сочувствии гипнотизера к «пациенту», что превращает ее в инграмму сочувствия или в инграмму, «способствующую выживанию».

   Мы знаем, что гипнотизеру стоит только потрогать свой галстук, как разбуженный объект его воздействия снимет пиджак. Человек не знает, что именно заставляет его делать это и находит всевозможные объяснения своим действиям, ни одно из которых не является правдой. Инграмма, гипнотическое внушение в этом случае, помещена в реактивный банк. Компульсия, возникающая ниже уровня сознания, воздействует на мышцы человека, чтобы заставить его снять пиджак. Эта информация была впаяна в схему жизнедеятельности тела ниже командного уровня аналитического ума и оказывала влияние не только на тело, но и на сам аналитический ум.

   Если бы этот человек снимал пиджак каждый раз, когда кто-то трогал свой галстук, люди считали бы его немного ненормальным. Но ведь этот человек не имеет свободы выбора. Если бы он отказывался снять пиджак, он бы испытывал неудобства другого рода.

   Давайте рассмотрим пример работы реактивного ума на более низком уровне организации: некая рыбка заплыла на мелкое место, где вода солоноватая, желтая и имеет железистый привкус. Она только что схватила креветку, но большая рыба напала на нее и повредила ей хвост.

   Рыбешка сумела улизнуть, но испытала физическую боль. Обладая крайне незначительными аналитическими способностями, рыбка полагается на реакцию в выборе своих действий.

   Хвост поправился, и рыбка продолжает жить. Но ее снова атакует большая рыба и опять страдает хвост, на этот раз незначительно. Но что-то случилось. Что-то внутри говорит рыбке, что она стала неосторожной в выборе своих действий. Вот уже вторая травма на том же самом месте.

   Расчеты рыбки на уровне реактивного ума были следующие: отмель равняется желтому. цвету, равняется привкусу железа, равняется боли в хвосте, равняется креветке во рту – любая из этих деталей равняется любой другой.

   Повреждение хвоста во второй раз кий-ин[11] инграмму. Это демонстрирует организму, что нечто похожее на первый инцидент (принцип тождественности) может случиться опять. А посему – берегись!

   После этого маленькая рыбка опять заплыв в солоноватую воду, начинает немного «нервничать». Однако продолжает плыть, и когда обнаруживает, что вода к тому же стала желтоватой, все равно не поворачивает назад. Хвост начинает немного побаливать. Но она продолжает плыть. Внезапно она чувствует привкус железа в воде, боль в хвосте становится очень сильной. Рыбка исчезает со скоростью молнии, хотя никто за ней не гнался на этот раз.

   Может быть, там было много креветок, но она все равно уплыла.

   Опасное место! И если бы она не уплыла, она бы действительно почувствовала сильнейшую боль в хвосте.

   Этот механизм в какой-то степени помогает выживанию. Для рыбы, может быть, в нем и есть смысл. Для человека, который снимает пиджак каждый раз, когда кто-то трогает галстук, этот механизм давно исчерпал себя. Но он существует!

   Давайте продолжим исследование нашего молодого человека с его пиджаком. Сигнал для снятия пиджака был очень точным. Гипнотизер должен был потрогать свой галстук. Это равносильно любому или всем ощущениям, полученным рыбой и заставившим ее повернуть назад. Вместо трогания галстука могла быть еще дюжина вещей. Любой знак из дюжины мог стать сигналом снять пиджак.

   В случае с женщиной, которая была сбита с ног и получила удары ногами, любые записанные ощущения в инграмме обладают рестимуляторными[12] свойствами: вследствие их может настудить рестимуляция.

   Вода, текущая из крана, может быть, не подействует на нее слишком сильно. Но вода из крана плюс проезжающая мимо машина могут привести к легкой рестимуляции инграммы, к смутному неудобству в ушибленных местах, еще недостаточному, чтобы быть настоящей болью, но все же присутствующему, к текущей воде и машине за окном мы добавим внезапное падение стула, и она испытает слабый шок. Теперь добавьте запах и голос человека, который ее пинал – боль начинает усиливаться. Механизм говорит ей, что она находится в опасном месте, что ей нужно уйти. Но ведь она не рыба, а высокоразвитое разумное существо, наиболее сложная, по нашим представлениям, умственная структура на Земле – организм вида «человек». В ситуации действует много разных факторов, а не только одна эта инграмма. И женщина остается. Места побоев делаются предрасположенными к болезням или сами по себе хронически болят, правда, незначительно в случае одного этого происшествия, но это все равно болезнь. Ее «аффинити» к мужчине, который ее избил, может быть такой высокой, что аналитический ум, при достаточно высоком общем тоне, окажется в состоянии противостоять боли. Но если общий тон низок и почти не поддерживается аналитическим умом, боль может стать сильной.

   Рыба, которая была ударена и получила инграмму, не отказалась навсегда от креветок. Может быть, она стала относиться к креветкам с меньшим энтузиазмом, но потенциал выживания, связанный: с поеданием креветок, сделал их все– таки в гораздо большей степени удовольствием, чем болью.

   Вообще, приятная и полная надежды жизнь (мы не пытаемся сказать, что женщина не уходит от мужчины только из-за еды, хотя о женщинах и говорят всякое) имеет высокий потенциал выживания, который может перевесить очень большое количество боли. Однако по мере уменьшения потенциала выживания, уровень боли (зоны 0 и 1) подходит все ближе, и такая инграмма может не на шутку реактивизироваться.

   Кроме боли действуют также и другие факторы. Если бы молодой человек в случае с пиджаком получил одно из невротических внушений, как описывалось выше, он бы реагировал на него по сигналу.

   Инграмма, полученная женщиной, содержит невротическое, внушение в дополнение к общим рестимуляторам – таким, как кран, машина и перевернутый стул. Ей сказали; что она притворщица, что она плохая и что она всегда меняет свое мнение. Когда инграмма рестимулирована одним из многих возможных способов, женщина «чувствует», что она нехорошая, притворщица, и она будет теперь часто менять свое мнение.

   Можно привести еще несколько подобных случаев, которые иллюстрируют печальную сторону этой ситуации. Одну женщину (она сейчас клир) несколько раз сильно избили, каждый раз обвиняя, что она распущена и спит с кем попало. Ее привел отец (она развелась к тому времени), который жаловался на то, что она страшно низко пала и неделями предается распутству. Она все это подтвердила, хотя не могла понять, почему так получается» что ее очень беспокоило. Она уже решила, что тут ничего не поделаешь. Изучение инграмм в ее реактивном уме выявило длинную серию избиений с подобным содержанием. В связи с тем, что это представляло интерес для исследования, а не по терапии, (которую она также получила позже), был установлен контакт с ее бывшим мужем. Его обследовали – втайне от бывшей жены. Обследование показало, что его драматизации[13] ярости, содержали те же слова. Он побоями загнал свою жену в моральную распущенность, потому что боялся морально распущенных женщин.

   Во всех исследованных случаях инграммы пациента были сверены с инграммами донора. Содержание инграмм соответствовало тому, что действительно произошло. Были предприняты предосторожности для предотвращения всякого общения между донором и пациентом. Все, что было найдено в периодах «бессознательности» пациента, точно соответствовало информации, полученной из других источников.

   Аналогия между гипнозом и аберрацией остается в силе. Гипноз при помощи внушений навязывает ту или иную форму сумасшествия.

   Обычно это временное явление, но иногда внушение не снимается, как хотелось бы гипнотизеру. Опасность экспериментирования с гипнозом на пациентах, которые не являются клирами, обнаруживается в работе другого механизма реактивного ума.

   В нашем примере женщина была без сознания в тот момент, когда получила инграмму. В стандартных банках памяти она не имела записей о происшествии, она только знала, что подверглась избиению. Та инграмма не была опытом в обычном понимании этого слова. Она могла из глубины «подсознания» аберрировать мыслительные способности женщины, вызывать странные боли в ушибленных местах, которые пострадавшая приписывала разным причинам. Но инцидент оставался для нее неизвестным.

   Для активизации инграммы был необходим кий-ин. Но что могло включить инграмму? В какое-то другое время, когда женщина была усталой, мужчина угрожал снова ударить и всячески обзывал ее. Это она воспринимала на сознательном уровне, и в исследовании это обнаружилось как «душевно болезненный» для нее опыт. Он был таковым по той причине, что под ним невидимо существовала настоящая, живая физическая боль, она и подключилась во время этого инцидента на сознательном уровне. Этот инцидент называется «лок»[14]. Здесь действует память из стандартных банков, но действует новым способом. Свою исключительную силу она черпает в прошлых физических ударах. Реактивный ум не утруждает себя точностью отсчета времени. Когда происходит кий-ин, этот ум не видит разницы между возрастом в один год и в девяносто. Настоящая инграмма приближается вплотную к стандартному банку.

   Женщина думает, что ее беспокоит то, что мужчина сказал во время происшествия лока. На самом деле ее волнует инграмма. Поэтому воспоминания становятся «болезненными». Но боль не сохраняется в стандартных банках памяти.

   В них просто нет места для боли. Никакого. Есть место для записи концепта боли, и этих записей достаточно для того, чтобы держать такой чувствительный организм, каким является человек, подальше от боли, которую он считает опасной. Клир не имеет болезненных воспоминаний, потому что не осталось разрушающих записей физической боли из банка реактивного ума.

   Молодой человек, снимающий пиджак, не знал, что его беспокоило или что заставляло его делать то, что он делал. Человек с инграммой не знает, чем он обеспокоен. Он думает, что это лок, но лок может очень далеко отстоять от всего, что напоминает инграмму. Лок может быть похож по ощущениям. Но может иметь и совершенно другой сюжет.

   Не так сложно понять, что делают эти инграммы. Они являются просто моментами физической боли, достаточно сильной для того, чтобы вывести из строя аналитический механизм полностью или частично; они препятствуют выживанию организма или делают вид, что помогают выживанию. Таково полное определение. Это полная или частичная «бессознательность», физическая боль, содержимое ощущений и информация контрвыживательного или способствующего выживанию характера. Инграммами управляет реактивный ум, который думает исключительно в системе тождеств, где все равняется всему остальному. Инграммы заставляют организм исполнять их команды, размахивая кнутом физической боли. Если организм не исполняет все, что они приказывают (а это, как знает любой клир, невозможно!), включается физическая боль. Они управляют человеком, как дрессировщик тигром, и могут запросто превратить человека в тигра, да еще дать ему лишай в придачу.

   Если бы человек не изобрел язык или, как будет показано дальше, если бы его язык не содержал столько одинаковых слов, имеющих разный смысл, и более аккуратно обходился с личными местоимениями, инграммы все еще способствовали бы выживанию и механизм работал бы. Но человек перерос эту стадию. Он сделал выбор между языком и потенциальным сумасшествием и, ради огромных преимуществ первого, обрек себя на проклятие последнего.

   Инграмма является единственным источником аберрации и психосоматических заболеваний.

   Было изучено огромное количество данных, и исключений не оказалось. При работе с «нормальными людьми», невротиками и сумасшедшими полное или даже частичное искоренение инграмм, без применения другой терапии, неизменно приводило людей в состояние, намного превосходящее сегодняшнее понятие о норме. Не было найдено никакой необходимости в создании какой-то другой теории или терапии, нежели та, которая дана в этой книге как средство для излечения всех душевных и психосоматических заболеваний.

Книгу Дианетика скачать в PDF / Книгу Дианетика читать в HTML

Оставить комментарий

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.